auli.misto.online http://auli.misto.online en-US http://blogs.law.harvard.edu/tech/rss socportals@mediacolo.com Вранье Яндекса и охреневшие таксисты Пока ехал на работу утром, в очередной раз наблюдал, как целая вереница машин ‘яндекс -такси’ и еще каких-то агрегаторов разворачивались через двойную сплошную на садовом кольце,  вынуждая экстренно оттормаживаться встречных водителей.Вся эта каждодневная ситуация ну никак не вяжется с рекламой собственно яндекса о высоком профессионализме и АККУРАТНОСТИ водителей (ЧТО?!)Двойные сплошные, езда по встречке, езда на красный, подрезы и тд это то, что видишь от нанятых яндексом обезьян регулярно. Но херово даже не то, что вылезшие из кишлаков водители шайтан-арбы создают угрозу жизни других водителей и пассажиров, а скорее то, как они к этому относятся. Они нас ненавидят. Зачастую им просто стремно даже посигналить. Они высовываются из своих таратаек, достают ножи (ага, я так посигналил однажды) и все такое. И херово в этом то, что им нечего терять.  У них ничего нет, они здесь на птичьих правах, легко могут свинтить в свое горное жилище. Потому они реально пырнут, выстрелят, ударят, разобьют тачку, а потом потеряются в родном ауле. И искать их никто не станет, потому что кому это надо. Я не знаю, как в других городах, но в Москве с этим полная задница, и проблема не решается, а число закинувшихся насваем злобным горилл на улицах становится больше и больше. Нет, понятное дело, что не все до единого такие, да, но их большинство.У нас принимают тонны ебанутых законов, а вот отрегулировать эту сферу никому не надо. Бабло льется, и всех все устраивает.. В общем, ребят, будьте осторожнее и не вступайте с ними в конфликты! http://auli.misto.online/news/15277212-vrane-yandeksa-i-ohrenevshie-taksisty Tue, 13 2021 06:34:59 GMT http://auli.misto.online/news/15277212-vrane-yandeksa-i-ohrenevshie-taksisty КАРОЙ Счастье - оно у каждого своё.  Я был счастлив. Позади вступительные экзамены в Смоленский медицинский институт. Переживания мамы, двойка по химии, прогулки по берегу Днепра, пьянки в студенческом общежитии – всё это теперь в прошлом. А впереди  самостоятельная работа, зарплата и финансовая независимость. Не поступил? И слава Богу! Не хотел я быть врачом.Отдохнув пару недель от поступления в ВУЗ я, по совету родителей, решил устроиться учеником фрезеровщика на электротехнический завод. Мне было всё равно где и кем работать, до армии, по моим подсчётам оставалось месяцев семь – восемь.Мой друг и одноклассник Вовка предложил мне съездить с ним в институт зоологии Академии наук Казахстана, куда он хотел устроиться лаборантом. До начала работы на АЭТЗ оставалось несколько дней, делать было нечего, я поехал. Мы долго тряслись в автобусе, потом в троллейбусе и наконец оказались под самыми горами, где среди яблоневых садов находился Академгородок.Вовка пошёл на собеседование с начальником отдела кадров, а я сидел в приёмной и скучал до тех пор, пока туда не зашла СУДЬБА. Она явилась в виде крупной, толстой тётки и спросила,- На работу устраиваешься?- Нет, - ответил я, - Друг устраивается. Я его жду.- А не хочешь работать у нас в институте, в лаборатории гельминтологии?- Хочу, - ответил я не веря своему счастью.Если бы я в тот момент знал значение слова «гельминтология», через год мог бы стать классным фрезеровщиком. Но, как сказал незабвенный Остап Бендер: «Судьба играет человеком, а человек играет на трубе». Через день я в новеньком белом халате с отвращением наблюдал, как хмырь лет под пятьдесят, которого звали Михаил Никифорович, готовит препараты из человеческой печени и диафрагмы, а кругленькая седая старушка просматривает их под микроскопом.Старушку звали Варвара Ивановна и была она заведующей лабораторией, в которой мне предстояло работать. Заарканившая меня в директорской приёмной СУДЬБА, оказалась старшим научным сотрудником. Ещё за одним столом сидел мужик лет под тридцать, лицом и фигурой сильно напоминавший Квазимодо из « Собора той самой матери», но довольно высокого роста. Это был вечный студент Игорь. Он, как и Михаил, числился на должности прозектора.Занимался я в основном приготовлением препаратов из внутренних органов и разборкой коллекционного материала. Сейчас поясню, что это такое. В коллекционной комнате, на стеллажах, стоит множество банок и бутылок. В них, в формалине плавают те самые гельминты, про которых я не знал, что они - глисты, и, которых должен был разбирать в соответствии с их принадлежностью к цестодам, нематодам, эхинококкам и скребням. Короче, влип я капитально. А в лаборатории млекопитающих, где работал друг мой Вовка, работало ещё несколько пацанов, моих ровесников. На обед они варили сайгачьи головы, запивали их пивом, которое им продавали в буфете на талоны с лиловой печатью «МОЛОКО. 0,5л.», чистили черепа ондатр и хорей и вообще, жили полноценной жизнью.Почти весь сентябрь я, как и большинство лаборантов и МНСов института, провёл на уборке табака в одном из табаксовхозов, а по возвращении вновь уныло занялся разборкой круглых и плоских червей. И вдруг …- Саша! Вы знаете, Саша (завлаб обращалась ко всем только на «вы»), вам придётся съездить в командировку. В Карой.Ехать мне предстояло с Михаилом – мужиком, как я уже говорил, немолодым и угрюмым. Это несколько окисляло мою радость, но, как сказал кто-то мудрый, полного счастья не бывает. Через день мы получили аванс, купили билеты на самолёт и вылетели в Карой* - город-призрак, город-мечту (идиота). Каких-нибудь четыре часа тряски, грохота, болтанки и посадок в каждом попутном ауле и лайнер АН-2 запрыгал по кочкам каройского аэродрома. «Ну, здравствуй, Карой!», - мысленно произнёс я,- «Как долго мы шли к тебе полтора года назад с Капалов».Карой – глухое казахское село, стоит на протоке Нарын – одной из многочисленных проток в дельте реки Или, впадающей в озеро Балхаш. Нет на земле места более унылого, чем этот аул. Серые, глинобитные домишки с плоскими крышами, дворы, в которых не растёт ни травинки, а в углу качается от ветра сортир, слепленный из камышовых мат. Двери в таком сортире обычно нет.Переночевав в одной из таких мазанок, мы наутро, на попутном грузовике, выехали в охотничий посёлок Жидели, стоящий на берегу одноимённой протоки. Большинство жителей этого посёлка занимались промыслом ондатры, охотой на водоплавающую птицу, кабанов, и рыбалкой. Поселились мы в саманной избушке у одного из знакомых Михаила. Побросали рюкзаки и к вечеру отправились на рекогносцировку. Метрах в двухстах от окраины посёлка у меня из под ног с криком и громкими хлопками крыльев взлетел фазан. Михаил выстрелил и птица камнем упала в кусты. С большим трудом разыскал я фазана, а ещё минут через пятнадцать Михаил подстрелил второго. На берегу протоки мы развели костерок, долили водички во фляжку со спиртом и отметили начало командировки.Утром следующего дня началась собственно работа. Мы обошли все дворы посёлка и попросили хозяев привести на поляну и привязать всех своих собак. Нужно заметить, что живущие в прибалхашских тугаях псы несколько отличаются от живущих в городах пуделей как размерами, так и характером. Такая собака не побоится в одиночку пойти на кабана.Итак, после обеда, на облюбованной нами поляне были собраны и привязаны почти все собаки посёлка. Только один кобелёк размером с таксу явился добровольно, был нам не нужен, а потому не привязан.Михаил резал на куски тушки добытой ондатры, «заряжал» их мощным слабительным, а я на лопате подавал «клиентам». Примерно через час наступил эффект. Собачки по очереди принимали форму радуги, я стремительно мчался к ним с лопатой и старался поймать на лету научный материал для Варвары Ивановны и Ии Борисовны. Собаки нервничали. Я тоже . Кобелёк, добровольно явившийся изгонять из организма глистов, тоже получил от нас порцию слабительного, но оно на него не подействовало. Я дал ему вторую – результат тот же. После третьей, рассчитанной на вес крупной собаки, он лёг под куст и сладко заснул, а проснувшись, отправился в посёлок. То, что удалось подхватить на лопату, я помещал в ведро с водой, чтобы сделать смывы, а затем, отмытых гельминтов – в бутылки с формалином. Понятно, что такая работа не прибавила мне любви к гельминтам, которых когда-то академик Скрябин вытащил из дерьма и водрузил на пьедестал.Кроме работы с собаками мы с Михаилом расставили петли на многочисленных звериных тропках вдоль проток, присутствовали при снятии шкурок с добытых ондатр и консервировали в формалине их внутренние органы. В свободное время, которого было достаточно, я шлялся с ружьём по тугаям или на малюсенькой шаткой плоскодонке уплывал по протоке в загадочный мир дельты Или. Природа радовала то встречей с выводком подросших лебедей, то многотысячной стаей лысух, то стайками диких уток на пролёте. Были и не столь приятные встречи. Однажды, переправившись на другой берег протоки Жидели, я отправился вдоль берега, в надежде спугнуть фазана или зайца. Метров через двести мне повстречалось небольшое стадо коров, которое возглавлял чем-то очень рассерженный бык. Своё плохое настроение он решил выместить на мне. Бык раздул ноздри, заревел и стал рыть копытами землю. Понимая, что ружьё с патронами, заряженными мелкой дробью меня не спасёт, я стал отступать к воде. Ну, а если кто-то отступает, то кто-то должен наступать. Бычара так и сделал. Был конец октября, я был одет в сапоги и тёплую куртку, и во всём этом пришлось лезть в воду. Бык по берегу сопровождал меня до самой лодки и, наверное, очень жалел, что сейчас не июль, вода холодная и гоняясь по ней за лаборантом из лаборатории гельминтологии можно заполучить насморк. Это было моё первое купание в октябрьских водах Балхаша. Второе тоже было не очень приятным.Как-то вечером, незадолго до захода солнца, мы на лодках отправились на утиную охоту. Хозяин дома, в котором мы остановились, высадил меня посередине плёса на поросшую камышом кочку. На ней умещались только две мои, плотно сдвинутые ноги. Я стал терпеливо ждать уток. Время от времени с разных сторон раздавались выстрелы. Наконец, почти уже в темноте, я дождался уток, которые сели на воду метрах в 30 от меня. Я выстрелил дуплетом, то-есть нажал сразу на оба курка. Результат был ошеломляющим. Ружьё полетело в воду с одной стороны кочки, я с другой, а уток как ветром сдуло. Чтобы достать ружьё, стоившее примерно десять моих зарплат, мне пришлось дважды нырять в ледяную октябрьскую воду.Через час я сидел у горячей печки, а Михаил растирал меня спиртом и на чём свет стоит крыл матом начальство, которое навязало на его голову сопляка. Я твёрдо решил, что с гельминтологией пора кончать. http://auli.misto.online/news/15262753-karoj Sat, 10 2021 03:28:20 GMT http://auli.misto.online/news/15262753-karoj Толкин и гномы. Топоры, бороды, пиво - вот это вот всё! Если ваши женщины выглядят не так, то даже не зовите меня.Парни, этот пост - ловушка! Не пытайтесь представлять, каково это - целовать кого-то с пышной растительностью на лице! Короче, гномы. Что если я скажу, что некоторые из них воевали за Саурона в войне Кольца? Присаживайтесь, рассказ будет насыщенным и бородатым.Ясен-красен, что гномы у Толкина появились оттуда же, откуда и всё остальное - мифы и сказания народов северной европы, скандинавов там, исландцев всяких и им подобных. Почти везде фигурировали гномы, которые либо ковали Тору его молот (и это было за тысячу лет до Мстителей), либо ожерелья, либо меч с огромным хуищем, либо просто были хитрыми и жадными мудаками. Ну что ж, готовый образ уже есть! Дело осталось за малым - придумать им внешний вид и историю появления.Когда боги создавали Средиземье, все ожидали, что Илуватар, бог-создатель всего сущего и их самих, пробудит эльфов, а потом и людей, и все они в страстном флюродросном танце будут счастливы и попадут в рай при жизни. Но как все уже догадались, не сложилось, хотя речь сейчас и не об этом. В процессе создания один из богов, Ауле, который заведовал земными недрами, решил, что тоже хочет себе игрушки, которых он будет любить, холить и лелеять. И из грязи под ногтями, глины всякой и прочих какашек он вылепил себе семерых помощников. Внезапно, скульптором он оказался не самым плохим - по крайней мере с чисто утилитарной точки зрения.Во-первых, его ребятки были покрепче сбиты, чем прочие самоделки - коренастые, ниже ростом, чтобы удобнее было лазить по горам и пещерам (от 130 до 150 см, особенно радуют охуенные уточнения в некоторых источниках, типа для достоверности - от 132 до 152 см. Вы их как, сука, мерили?), ну а поскольку Ауле любил все что связано с горными породами, то и своих туземцев он хотел обучить ремеслам, связанным с ковырянием гор - добыча, переработка, ювелирка и разное там кузнечество.Когда его папаша увидел, что за бородатая порнография была создана (безжизненная, как куклы-зомби, которые шевелились по велению Ауле), он немного прихуел, но решил, что мол, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не устраивало апокалипсис, и дал добро на создание гномов. Но ради фана их раскидали по 7 разным горам и оставили ждать, пока пробудятся эльфы.  Ну и совершенно очевидно, что все семеро стали отцами-основателями семи гномьих династий, названия которых говорят сами за себя:- Длиннобороды- Огнебороды- Жесткобороды- Широкобоки- Железноруки- Камненоги- Черновласы.Художественная интерпретация. Не более того.Были ещё некие восьмые - гномы-карлики, о них я писал вот тут - Тёмные сущности профессора Толкина. Поэтому на них срать, их всех убили, обоссали и расчленили главные герои Сильмариллиона.Самые неинтересные и скучные - 4 рода гномов, которые жили на востоке, че-то там всю историю мира дрочили вприсядку, предоставляя фантастам всех мастей материал для яойных фанфиков. Это были Жесткобороды, Железноруки, Камненоги и Черновласы. Я нашел одну карту " по мотивам", где схематично показывается, где эти гномы обитали:По большому счету о них известно примерно нихера. Известно только, что они были, что королю каждого из семи родов Саурон вручил по одному кольцу власти, и что за пару столетий до событий Властелина колец каждый из них отправил по отряду на войну под хитроумным названием "Война гномов и орков", где гномы вломили пиздов всем оркам, которых нашли, а в битве при Азанулбизаре отчекрыжили голову Азогу осквернителю, благодаря чему орки в мглистых горах больше уже не могли похвастаться абсолютным превосходством уже никогда, а после Битвы пяти воинств и Войны кольца гномы собрались ещё раз и окончательно утоптали припизднутых орков в Мории, навеки вернув себе эти владения.Плюс в некоторых непроверенных источниках я нашел информацию, что кто-то из этих ребят мог отвернуться от своих и повернуться лицом к Саурону.  Ну и плюс ко всему, делаются намеки на то, что в войнах гномы этих кланов участвовали слабо благодаря некоторому количеству междоусобиц и большому количеству пиздеца, творящегося в землях истерлингов в Руне - убийства, войны, несанкционированные митинги и так далее.Гораздо интереснее три оставшихся рода гномов. Они же творили большую часть дичи, они же делали самые крутые штуки, всё как положено.Огнебороды и Широкобоки. Эти два народа в Первую эпоху действовали активнее всех и раньше всех других подружились с эльфами. Они основали два города-побратима - Ногрод и Белегост, где просто люто ковали, тесали камень и превратили свои царства в натуральные произведения искусства. Гномы Белегоста не творили дичи (за что им респект на фоне долбоебов-эльфов, мудаков-людей и совершенно ебнутых дебилов из Ногрода, но об этом чуть позже). Они самыми первыми придумали ковать кольчуги, и равных им не было, даже среди тех эльфов, которые учились у богов. А вот гномы Ногрода были поинтереснее. Они ну очень круто работали с ювеелиркой, делали украшения и даже дарили их эльфам. Они подружились с Тинголом - королем Дориата, и помогли отстроить ему подземный дворец охуительной красоты и богатства. КРоме того, самый прославленный оружейник Ногрода по имени Телхар выковал три важных для Легендариума артефакта - Драконий шлем, который мог выдержать любое пламя, кинжал Ангрист, которым Берен умудрился вырезать Сильмарилл из короны Моргота, и меч Нарсиль, который спустя несколько тысячелетий попал к Элендилю и помог ему навести человеческие порядки в диком-диком Средиземье. Правда, тот же Ногрод сделал и самую большую хуету, за что эльфы дружно охладели к гномам как таковым. Когда Тингол дал им работу - взять одно охуенное по красоте ожерелье Наугламир и вплавить туда другой ещё более охуенный камень Сильмарилл, гномы решили, что эльфам будет слишком круто носить такое, и отказались отдавать работу. В ходе дружеской потасовки они выпустили королю кишки и сбежали. Эльфы, конечно, догнали большую часть, порезали их на гномьи ремни и отобрали Сильмарилл, но парочка картинно раненых добрались до Ногрода и всем рассказали, что Тингол - сутулая собака, платить не хотел, в лицо плевал, каблуками пинал. Собралось большое гномье войско, которое наведалось в Дориат, лишившийся магической защиты (долгая история, жена Тингола Мелиан прихуела от вероломства и чары спали), и в итоге вырезали всех эльфов как белок, ограбили Менегрот, поломали стулья и пошли обратно.На их беду, об этом узнали другие эльфы, но уже не официальную версию Средиземье Тудей, а как было на самом деле, подкараулили гномов и устроили им засаду в стиле "пикты vs 9 легион". Король Ногрода, видя, какой пиздец творится, проклял все награбленные сокровища, и их сбросили в реку. А остатки гномов, которые убежали в леса, были пережеваны энтами и хуорнами. Ибо нехуй. Тем не менее, Ногрод хранил молчание и никак на это отвечать не стал. Белегост же в фестивале участвовать прямо отказался. Однако никого это не ебало, когда во Время войны гнева боги шатали поздемелья Моргота. В результате непреднамеренно, конечно, но половина Синих гор затонула, а с ними и Ногрод с Белегостом, а жившим там гномам пришлось бежать в Морию, где они начали активно смешиваться с ещё более веселым, многочисленным и крутым кланом - Длиннобородыми.Примерная реконструкция затопления Ногрода и БелегостаДлиннобородые - это вообще веселые ребята. Их основатель, Дурин, пробудился на Севере, под горой Гундабад, которая стала для всех гномов священной. Он пришел на юг, в долину Азанулбизар, где увидел озеро Келед-Зарам, и под горами рядом с ним основал свое царство, которое спустя века стало самым великим государством за всю историю - Кхазад-Дум, Мория, Черная бездна.И тут походу гномы решили не мелочиться и подумали "А что если ебануть шахту сквозь весь мир?" Они копали митрил, на который можно было купить, наверн, даже Саурона, но останавливаться они не собирались, пока в итоге не докопали до корней гор и не настучали кирками по ебалу Балрога. На самом деле в самом ВК говорится о том, что у корней гор живет масса названий и существ, у которых даже и названия то нет, так что есть мнение, что гномам повезло, что они наткнулись всего лишь на древнего и охуенно бесячего демона, который перебил кучу гномов, убил пару их королей, из-за чего гномы в течение нескольких лет собрали манатки и свалили. Куда? Ну, смотрите карту.1. Гундабад.2. Мория.3. Эребор.4. Серые горы.5. Железные холмы.6. Дунланд.7. Залы Торина.Короче говоря, после того как коллекторское агенство "Балрог и партнеры" выселили гномов на мороз, половина их отправилась в Эребор строить королевство-под-горой и всё у них стало заебись. А вот вторая половина свелила в Серые горы. То есть если смотреть на карту, то они практически сели сверху жопой на лицо Трандуилу и всему Лихолесью. И у них некоторое время всё тоже было хорошо - гор дохуя, ебать-копать не перекопать. Правда, выяснилось, что в сраной тундре и в горах жили драконы, которых никто столетиями не трогал, а тут пришло много вкусной еды в стальных консервных банках, принесли кучу ништяков в виде золота, и грех было не воспользоваться ситуацией.Как итог - гномы и драконы пиздили друг друга нещадно, но в итоге гномам пришлось снова собирать манатки и валить. И они снова разделились, блядь! Половина пошла в Эребор, к своим родичам, а другая половина засела чуть восточнее, в Железных холмах. И снова у них всё было заебись - одни копали, другие ковали, все вместе они торговали со всем Средиземьей и снова поднялись с колен. Ненадолго - Смауг Золотой, барон всех местных крылатых цыган, приехал и снова отжал у гномов их королевство.Гномы опять поджали кольчужные юбки и побежали. Причем как бы обвинить их в трусости довольно сложно, им просто каждый раз на кубике с шестью гранями выпадала та, на которой было написано "вам пизда". То древний демон, то последний из великих драконов. То есть в третий раз наверн сам Саурон должен был заехать к ним в гости, Моргот или, блядь, Илуватар в образе Галактуса заявился бы пососать у них золота с самоцветами для своей галактической короны. И при всем этом они не потеряли стойкость духа - честно принимали все удары и не отчаивались. Натурально каменные люди. Трор, экс-король Эребора, всё немного поехал кукухой, и пошел отвоевывать Морию. Но не в одиночку, конечно, он ещё взял своего слугу. Войдя внутрь, он объявил, что все местные орки - черти позорные, вам два часа на сборы, и какашки за собой уберите. Орки этого не поняли, отрезали Трору голову, а Азог - местный авторитет - вырезал на его лбу своё имя, вложил в рот Трору кошелек с мелкими монетками, вручили её слуге и отправили домой. И так получилось, что в этот раз орки превратились в жирную стриптизершу - они перегнули палку. Даже Саурон за всю историю Средиземья не доебал гномов настолько, что собрались все семь кланов, и в течение семи лет устраивали тотальный геноцид целого, сука горного массива - хуярили каждую пещеру, закидывали гранатами, насаживали на пики. Для полной картины не хватало гномьих вертолетов с термобарическими боеприпасами.В итоге в битве при Азанулбизаре гномы просто устроили кровавую баню с фонтанами крови, болотом из внутренностей и кашей из орочьих мозгов. Азогу отрезали голову, вложили в рот тот же самый кошелек и оставили так ради фана. Правда, в Морию вернуться не вышло - гномы потеряли столько сил, что на подходе к Мории у них бороды встали дыбом от одного ощущения пылающего рогатого козла в глубине. Возвращение Мории отложили. Сын Трора Траин решил с небольшим отрядом пойти убивать дракона, но в дороге его выкрали слуги Саурона и поход провалился.Некоторое время после этого гномы обитали в Дунланде, но там все места у теплотрассы были заняты местными бомжами-горцами, и гномам пришлось переселиться на запад, в Синие горы. Что характерно, неподалеку от тех мест находились затонувшие Ногрод и Белегост. Там Торин, наследник Длиннобородов, основал Залы Торина, но это было не то, конечно, совсем не то. И вот один раз, пропуская кружечку пива в трактире, Торин повстречал Гендальфа, и вот тут начался треш.В Хоббите рассказывается о том, как в итоге нахлобучили дракона, а Гномы вернули себе Эребор. Во Властелине колец рассказывается о том, как Балин пытался отвоевать Морию и что из этого вышло, и как Гэндальф надавал по рогам древнему козлу. Поэтому, когда Саурон пал, гномы снова собрали весьма неплохо укрепившиеся силы, подвязали бороды и нанесли повторный визит в Морию. Поскольку уцепиться оркам было уже совсем не за что, они активно срали кирпичами в попытках составить препятствия хозяевам Мории, но тщетно. Гномы на кураже уже просто палками могли пиздить орков, чтобы патронов не тратить.И в итоге всё привело к тому, что в 4 Эпохе гномы отвоевали богатейшую Морию вдобавок к отстроенному Эребору, Залам Торина, Железным холмам и королевствам гномов в Серых горах (откуда ушли почти все, но сука не все. И вы уже правильно понимаете, что из всех противников этой невысокой, но очень гордой расы, которая заводит друзей на всю жизнь, а обиды помнит целыми кланами и поколениями, остались только здоровенные червяки на крайнем севере. И что-то мне подсказывает, драконьи шкуры очень неплохо вписались в интерьеры МОрии и Эребора.А на этом про гномов (кратко) всё, это должен был быть пятничный пост, который я благополучно проёб, за что дико извиняюсь.В эту пятницу будет продолжение про эльфов или людей (вроде больше никого не осталось из рас Средиземья, пора собирать из них серию и публиковать отдельно).А сегодня чуть позже будет пересказ Хоббита, развязка и всё такое.Алоха! http://auli.misto.online/news/15233165-tolkin-i-gnomy-topory-borody-pivo-vot-eto-vot-vsyo Mon, 05 2021 07:25:27 GMT http://auli.misto.online/news/15233165-tolkin-i-gnomy-topory-borody-pivo-vot-eto-vot-vsyo Казахский детектив: Сказка quot;Суд бия Бальтекеяquot; В древние времена в кочевьях рода Аргын доживал свою старость богатый торговец Нуржан.Было у него три сына — Акыт, Сабит и Хамит.Умирая, старик позвал их и объявил им свою последнюю волю:— Все мое богатство, все мои табуны и стада принадлежат вам троим поровну. Живите дружно, не ссорьтесь, ведите торговые дела сообща и не обижайте моих жен. Оставляю вам тысячу пятьсот дилла, которые я берег на черный день. Берегите деньги на крайний случай, когда постигнет вас несчастье. Тогда разделите золото по-братски между собой, и пусть каждый сам по себе на свой страх продолжает торговлю. Заройте золото в горах, в сохранном месте, чтобы никто, кроме вас троих, не знал о нем.Оставив такое завещание, Нуржан умер.Сыновья похоронили отца и сразу после поминок поспешили выполнить его последнюю волю.Они отправились в горы Чингис, нашли там глубокую пещеру, спрятали в укромном месте мешок с золотыми монетами, засыпали его землей, а вход завалили камнями. Окончив это дело, братья, никем не замеченные, направились домой.В первые годы после смерти отца они жили дружно и удачно вели сообща торговые дела. Потом между ними начались разногласия, и дело дошло до крупной, ссоры. Торговля от этого пришла в упадок. А тут еще зима выдалась тяжелая. Во время джута полегли все бараны и лошади, а летом от чумы погиб весь рогатый скот. Наступило полное разорение.Вспомнили братья отцовский завет жить дружно, но было уже поздно.Решили они разделить отцовское золото, чтобы в одиночку начать торговлю.Отправились братья в горы Чингис, нашли пещеру, где был зарыт клад, раскопали яму и вытащили мешок с монетами.Пересчитали они их и обнаружили пропажу: в мешке не хватало ровно пятисот дилла.— Кто мог взять третью часть нашего клада?- вскричал изумленный Акыт.- Вор утащил бы весь мешок. Это дело рук кого-нибудь из нас! Кто же взял свою долю?— Не я!- ответил Сабит.— И не я!- повторил за ним Хамит.— В таком случае, вы думаете, что это сделал я?- спросил с возмущением Акыт.Братья крепко поссорились, чуть не подрались.Но Акыт сказал:— Не будем напрасно спорить и браниться. Никто из нас не сознается, а злость может довести не только до драки, но и до убийства. Поедемте к мудрому бию Бальтекею. Он справедливо рассудит нас и найдет виновного. Положимся на его мудрость.Сабит и Хамит согласились. В тот же день братья отправились в путь.Вот едут они степью и дружно разговаривают, забыв о ссоре. Акыт посмотрел на зеленую траву и сказал:— Должно быть, близко аул. Я вижу на траве след сильно усталого верблюда, совершившего дальний переход с тяжелой поклажей.Сабит взглянул на траву и сказал:— Правда, здесь прошел верблюд, у которого правый глаз кривой.Хамит подумал и добавил:— Да, Сабит прав — верблюд был слеп на правый глаз. И ты, Акыт, сказал тоже правду — верблюд шел под вьюком. Он нес бадью с медом.Отъехали братья довольно далеко и встретили всадника, судя по одежде — татарина. Остановились, поздоровались.Татарин сказал:— Друзья, я потерял верблюда. Не видали ли вы его?— Нет!Поехали они рядом. Разговорились. Акыт спросил:— Верблюд был усталый и шел под тяжелым вьюком издалека?— Да, да… Мы с хозяином проехали Кара-Кумы и сорок дней уже в пути.— Твой верблюд приметный,- сказал Сабит.- Он ведь кривой на правый глаз.Татарин насторожился:— Кривой! Откуда же ты знаешь, если его не видел?А Хамит успокоил:— Ты не беспокойся. Он под тяжелым вьюком далеко не уйдет. Бадью с медом не так легко нести.— Аллах великий!- вскричал татарин.- На верблюде навьючен мед. Значит, вы его видели, а если отказываетесь, значит, сами и украли моего верблюда. Лучше признавайтесь, а не то я вас потащу на суд к мудрому бию Бальтекею! Придется вам не только отдать верблюда, но заплатить штраф и судебные издержки.Братья перемигнулись между собой и согласились:— Ну, что же, поедем вместе к бию. Нам по пути!Поехали они вчетвером дальше. Приехали в аул Бальтекея. Бий, узнав, что к нему прибыли дети славного Нуржана, принял их с распростертыми объятиями.— Рад, очень рад, что аллах привел встретить дорогих гостей!- говорил Бальтекей.Он распорядился освободить для братьев отдельную юрту и заколоть самого жирного барана.Братья расположились на отдых. Им принесли хорошее угощение: чай, баурсаки, изюм, урюк.Бальтекей только на минуту заглянул к гостям в юрту, чтобы посмотреть, как устроили сыновей Нуржана, и сообщить им, что скоро подадут плов. Степной обычай не позволял утомлять почетных гостей постоянным присутствием, пока они не отдохнут с дороги.Однако Бальтекея очень интересовали приезжие, и он то и дело наблюдал за ними сквозь небольшую дырочку в кошме.Вот жигит принес блюдо с пловом и бережно поставил его перед гостями. Братья стали есть.— Знаете что,- сказал Акыт,- баран, которого заколол хозяин для нашего угощения, сосал не свою матку, а суку.— А рис, из которого приготовлен плов, рос на кладбище,- заметил Сабит.— Об этом нетрудно догадаться,- отозвался Хамит.- Скажу больше: наш гостеприимный хозяин — незаконнорожденный.Бальтекея удивил подслушанный разговор и возмутило подозрение Хамита, порочащее честь его матери.Он решил немедленно проверить, насколько основательны предположения гостей. Бий велел позвать к себе чабана.— Какого барана ты зарезал для гостей?- сердпто спросил Бальтекей.- Говорят, его выкормила сука?Справедливо говорят, бай!- ответил чабан.- Позапрошлой весной у меня в стаде прежде срока объягнилась одна овца и пропала. Я пожалел ягненка и принес его к суке, у которой были маленькие щенята. Она и выкормила ягненка…— Хорошо, иди и позови ко мне узбека, у которого мы покупали вчера рис.Пришел заезжий торговец, и бий спросил его:— Где ты сеял свой рис? Правда ли, что он вырос на могилах?— Вполне возможно, бий! Моя пашня находится в логу, на том месте, где давным-давно было кладбище…Бальтекей разинул рот от удивления и побежал в юрту к своей матери.— Что с тобою, сын мой?- спросила она, увидев озабоченное лицо Бальтекея.— Матушка,- сказал бий,- не желаю тебя оскорбить, но я должен знать правду. Скажи, как звали моего отца. Тот ли человек дал мне жизнь, имя которого я ношу? Открой мне тайну моего рождения.После недолгого колебания мать рассказала сыну:— Лет пятьдесят назад в наш аул, когда отец твой был в отсутствии, случайно заехал умный человек, бий. Он переночевал в нашей юрте и уехал, оставив по себе хорошую память. Твой покойный отец был человек недалекого ума, и ты пошел не в него. Где бы тебе быть бием и таким умным, если бы не тот случайный гость! Вот тайна твоего рождения и твоей славной мудрости!Бальтекей совсем растерялся, убедившись в справедливости замечаний своих гостей. Он удивился их необыкновенной проницательности и захотел найти ей объяснение.На следующее утро бий пришел к братьям и сказал:— Любезные гости, вчера вы говорили странные загадки. Прошу вас, объясните мне их смысл. Как вы могли знать, что заколотый для вас баран был вскормлен собакой?— Очень просто,- ответил Акыт.- Здесь никакой загадки нет. У меня хорошее обоняние, и я заметил, что мясо в плове отдавало псиной. Догадаться нетрудно, что ягненок вскормлен не овцой, а собакой.— Хорошо! Но откуда стало известно, что рис вырос на могилах?Сабит ответил:— У меня тоже тонкий вкус и обоняние не хуже, чем у брата. Я ощутил в рисе запах гнили, какой присущ могилам. В степи много старых заброшенных кладбищ, и я подумал, что твой рис был посеян на одном из них.— Ясно,- сказал бий.- Но вот что особенно поразило меня — это ваше предположение, что я будто бы незаконнорожденный сын моего отца. Откуда могла прийти такая мысль вам в голову?— У старых людей на это есть верная примета. Незаконнорожденный при разговоре потупляет глаза в землю или поглядывает на собеседников исподлобья. Не сердись на меня, Бальтекей, я сделал свое замечание не в обиду тебе и никак не думал, что ты можешь услышать мои слова.Объяснения братьев вполне удовлетворили Бальтекея, и он спросил:— Скажите же теперь, любезные гости, о цели вашего приезда.Акыт хотел ответить, но в эту минуту в юрту вошел татарин, потерявший верблюда. Он обратился к бию о просьбой разобрать его жалобу на сыновей Нуржана.Бий начал суд. Татарин рассказал о встрече с братьями, передал содержание разговора, внушившего ему подозрение, и выразил уверенность, что сыновья Нуржана сами украли верблюда или знают вора, но не хотят его выдать.— Что вы на это скажете, друзья?- спросил Бальтекей.Первым выступил Акыт. Он сказал:— Увидев след верблюда на мягкой траве, я заметил, что в некоторых местах его ноги скользили. Обыкновенно верблюд ступает твердо, не скользит, потому что на ступнях у него имеются шероховатые твердые мозоли. Когда же он проходит далекий путь, эти мозоли стираются, ступня делается гладкою. Заметив скользящие следы верблюда на мягкой траве, я понял, что он прошел большой путь и сильно устал.Вторым выступил Сабит.— А я,- сказал он,- обратил внимание, что верблюд срывал траву только с левой стороны, а не с двух сторон, как это обычно бывает. Это навело меня на мысль, что он был слеп на правый глаз.Бальтекей одобрительно кивнул головой и взглянул на Хамита. Тот заговорил:— А я заметил, что на траве, которую задевал верблюд своим вьюком, а в особенности там, где он, уставший, опускался на брюхо, собиралось очень много мух. А так как муха льнет к сладкому, то я догадался, что верблюд нес бадью с медом.Бий одобрительно улыбнулся.И, обратившись к татарину, сказал:— Ну, любезный, ступай ищи своего верблюда в степи. Ты сам видишь, что они ни в чем не виновны.Татарин ушел, а бий спросил братьев:— Теперь расскажите, зачем вы ко мне пожаловали? Какое у вас дело к бию?Акыт рассказал о завещании отца, о зарытом в пещере кладе и о таинственном исчезновении пятисот золотых монет.— Из-за этого вышел у нас спор. Мы не можем уличить друг друга, но наверное знаем, что золото взял кто- нибудь из нас троих,- закончил свой рассказ Акыт.Сабит и Хамит подтвердили его слова:— Да, посторонний человек унес бы все золото, если бы случайно наткнулся на него.Бальтекей погладил седую бороду и сказал в задумчивости:— Вы правы! Я поразмыслю об этом, найду виноватого и дам вам совет. Но прежде я хочу рассказать одну историю.И Бальтекей стал рассказывать:«Неподалеку от меня живет хороший человек. У него была дочь, славная девушка, редкой красоты. Она полюбила молодого жигита из соседнего аула. Жигит тоже полюбил ее. Встречались они часто, но пожениться не могли, потому что принадлежали к одному роду.Однажды приехал к этому соседу богатый старик с молодым сыном и высватал девушку. Сват пригнал с собой табун лошадей и тут же заплатил большую часть калыма.Перед первой брачной ночью девица сказала своему жениху:— Милый мой, теперь я твоя душой и телом. Ты завтра увезешь меня с собой, и я никогда уже больше не увижу одного жигита, которого очень любила. Позволь мне сперва сходить к нему проститься. Он живет недалеко, я скоро вернусь. Я не обману тебя, и тебе не придется ни в чем меня упрекать.— Хорошо,- сказал жених,- иди и простись с возлюбленным. Только приходи скорее.Девушка нарядилась в лучшую одежду и отправилась знакомой дорожкой в соседний аул к возлюбленному. Жигит ждал ее. Она кинулась к нему на грудь, заплакала и поведала свое горе.Что делать? Жигит понял, что беду поправить нельзя, за девушку отец уже получил калым. Надо было расставаться навсегда. Поплакали они вместе и простились. Жигит проводил девушку на дорогу, здесь попрощался еще раз и пошел, не оглядываясь, домой.Девушка тоже поспешила в свой аул. На середине пути на нее напали воры. Они сняли с нее все дорогие украшения и оставили в одной рубашке. Бедная девушка не могла от страха вымолвить слова. Одному из воров стало жаль ее, и он сказал товарищам:— Зачем нам обижать беззащитную девушку. Возвратим ей отнятые вещи, и пусть она идет с миром. Сделаем в своей жизни хоть одно доброе дело.Воры подумали и согласились. Они пощадили девицу, возвратили ей все награбленное и удалились. Она благополучно дошла до дому, где ее ждал молодой муж.Рассказала она ему обо всем случившемся, и легли они спать. Муж понял, что жена не обманула его при встрече с возлюбленным».Бальтекей закончил свой рассказ и помолчал минуту. Потом он сказал:— Друзья мои, теперь скажите мне как умные и рассудительные люди, кто из троих поступил великодушнее: молодой ли муж, отпустивший свою жену на свидание с возлюбленным; возлюбленный ли, благородно простив шийся с девушкой, или же вор, сжалившийся над беззащитной девушкой?Братья задумались.— Я одобряю поступок молодого мужа, отпустившего девушку проститься с возлюбленным!- сказал Акыт.— Нет, влюбленный жигит поступил благороднее, уступив свое право на любовь другому,- возразил Сабит.— А я считаю,- сказал Хамит,- лучше всех поступил вор. Он остановил товарищей, и те возвратили ей вещи. С тех пор, может быть, у них проснулась совесть. Это настоящее великодушие!Бальтекей, выслушав братьев, поднялся с места и обратился к Хамиту:— Я вижу,- сказал он,- что ты тронут великодушием вора. Раскаяние его ты ценишь выше других чувств. Оно тебе понятнее и ближе твоему сердцу. Отдай же взятые тобой пятьсот дилла. Они не миновали твоих рук.Бий поклонился и вышел из юрты. Пристыженный Хамит сознался перед братьями, что он взял свою долю из клада.Так заканчивается эта сказка, в которой  навыки дедукции демонстрируют сразу четыре проницательных и наблюдательных персонажа, рассказаны три криминальные истории и на закуску психологический тест. Таким образом, говорил писатель и исследователь мифологии Таласбек Асемкулов, в недрах казахского фольклора зарождался детектив. http://auli.misto.online/news/15185821-kazahskij-detektiv-skazka-quotsud-biya-baltekeyaquot Sat, 27 2021 08:16:11 GMT http://auli.misto.online/news/15185821-kazahskij-detektiv-skazka-quotsud-biya-baltekeyaquot